Л. А. Петросян, доктор физ-мат. наук профессор,

декан и зав. кафедрой факультета ПМ-ПУ СПбГТУ

33 ГОДА ВМЕСТЕ

В октябре 1967 года Владимир Иванович пригласил меня работать в должности доцента на вновь создаваемую под его руководством на математико-механическом факультете Ленинградского университета кафедру теории управления. Первая встреча произошла в его кабинете в помещениях Вычислительного Центра ЛГУ на 14 линии. Он подробно расспросил меня о тематике научных работ и предложил сделать доклад по теории игр преследования на своем семинаре. Доклад занял два заседания, Владимир Иванович внимательно слушал и задал несколько вопросов по существу. До переезда в Ленинград в 1960 году я жил в Ереване, а каникулы и выходные дни проводил в доме своего дяди академика Виктора Амазасповича Амбарцумяна в Бюракане. Там мне приходилось встречаться со многими выдающимися людьми того времени: академиками М. В. Келдышем, В. В. Соболевым, Ю. В. Линником, Н. И. Мусхелишвили, герцогом Эдинбургским (супругом королевы Елизаветы II), Кришна Меноном и многими другими. Я не могу сегодня припомнить всех деталей нашей первой беседы с В. И. Зубовым, однако я совершенно четко понимаю, что именно опыт общения с необыкновенными людьми в доме моего дяди в Бюракане однозначно подсказал мне, что я могу связать свою дальнейшую судьбу с Владимиром Ивановичем. И сегодня, вспоминая эту встречу, я убежден, что поступил правильно.

В 1969 году был создан факультет прикладной математики-процессов управления. Владимир Иванович был назначен деканом этого факультета. Я тогда только что возвратился из командировки в Египет. Он спросил, согласен ли я работать на новом факультете. Я, не задумываясь, согласился. В этом коротком очерке я не хочу и не могу рассказывать о полных драматизма и героического энтузиазма событиях того времени. Скажу только, что Владимир Иванович поручил мне читать лекции по геометрии для студентов первого курса. Позже я понял, что это решение было вызвано первым докладом на семинаре, где я изложил новый геометрический подход к решению задач простого преследования на плоскости. Интересно заметить, что, несмотря на большой недостаток в кадрах, Владимиру Ива новичу удавалось ставить на чтение основных математических курсов преподавателей, которые активно использовали методы преподаваемой дисциплины в своих научных исследованиях.

Весной 1971 года на семинаре кафедры теории управления с докладом выступил заместитель председателя Ленгорисполкома, председатель плановой комиссии М. Д. Филонов. Он довольно удачно сформулировал проблему, стоящую перед плановой комиссией. Городские власти определили некоторый уровень развития отраслей городского хозяйства на длительную перспективу, известны были и ежегодные капиталовложения во все городское хозяйство. Надо было распределить эти капиталовложения по отраслям таким образом, чтобы требуемый уровень развития города был достигнут одновременно по всем отраслям, а существующие диспропорции сглаживались равномерно по мере приближения к желаемому состоянию. Владимир Иванович дал нам одну неделю для построения математической модели. После этого М. Д. Филонов вновь приехал на заседание семинара. Я выступил первым, предложив в качестве критерия ежегодную минимизацию среднеквадратичного отклонения текущего состояния города от планируемого. Потом выступил В. И. Зубов, и, хотя динамика развития в наших моделях и совпадала, но он предложил гораздо более простое и красивое решение - «опорный план развития городского хозяйства». Впоследствии именно этот план применялся плановой комиссией при расчете капиталовложений. Эта работа легла в основу нашей совместной монографии «Математические методы в планировании», изданной позже в ЛГУ. Насколько мне известно, это был единственный случай, когда В. И. Зубов опубликовал работу в соавторстве.

Работы Владимира Ивановича по оборонной тематике очень высоко ценились генеральными конструкторами, поэтому в Секции прикладных проблем АН СССР его хорошо знали. Успехи молодого факультета многим не давали покоя. По неизвестной нам до сих пор причине в 1971 году был назначен новый и.о. декана факультета ПМ-ПУ Николай Георгиевич Баринов. Профессор Н. Г. Баринов был, безусловно, честным и обязательным человеком, однако ему не хватало эрудиции для того, чтобы успешно развивать ПМ-ПУ. Возникла опасность превращения ПМ-ПУ в заурядное учебное заведение. В 1972 году я защитил докторскую диссертацию, а в 1974 был назначен заведующим кафедрой. В 1974-1975 гг. на шесть месяцев был командирован в Республику Куба. Возвратился в мае 1975 года. За время моего отсутствия обстановка на факультете накалилась. Молодые сотрудники желали более активной деятельности администрации в вопросах организации учебного процесса и повышения качества научных исследований. Администрация не была достаточно компетентна для квалифицированного решения указанных проблем. 18 июня 1975 года состоялись выборы декана на Ученом совете факультета, и меня избрали на эту должность. В день избрания вечером я приехал домой к Владимиру Ивановичу. Мы долго обсуждали с ним задачи, которые должны были решаться в первоочередном порядке. Начиналась новая пятилетка. Для активной научной работы, для роста квалификации кадров и для организации качественного учебного процесса, в особенности на старших курсах, необходимы были серьезные заказы со стороны промышленности, предполагающие использование методов прикладной математики и компьютеров. Предыдущая администрация факультета ничего по этому поводу не делала, и иногда даже казалось, что она сознательно препятствует такой деятельности. Было решено немедленно связаться с руководством Секции прикладных проблем АН СССР и ехать в Москву с целью получения заказов на научные исследования для ПМ-ПУ. Мы выехали в Москву через неделю. Вся поездка заняла один день. В 11 часов прибыли в Секцию прикладных проблем. Высшее руководство Секции приняло нас без задержки. Именно в это время на окончательное утверждение премьер-министра страны должны были быть представлены важнейшие темы научных исследований по линии АН СССР. Нам показали картотеку с темами и предложили вписаться в работы, которые предполагали использование методов прикладной математики. Мы вписались в 26 тем, выполнение которых должно было происходить по специальным постановлениям правительства. В тот же день этот список мы передали министру высшего образования СССР. На следующий день утром мы были в Ленинграде. В сентябре меня вызвали в партком ЛГУ. В это время в университет уже поступила информация о том, что ПМ-ПУ согласился выполнить 26 тем по специальным постановлениям правительства. Это была большая победа, и мы были полностью обеспечены заказами. Однако секретарю парткома ЛГУ (не помню его фамилию) это не понравилось. Он потребовал объяснений, - почему мы дали согласие на выполнение работ, не посоветовавшись? Я ответил, что нам предложили выполнить эти работы в высших руководящих инстанциях, и отказаться от того, что мы умеем, было бы равносильно преступлению. Он ничего не мог возразить.

На конец 70-х годов был назначен переезд математико-механического факультета в Петродворец. Наш факультет никогда не значился переезжающим, для него не строилось здание и не проводилась никакая подготовительная работа. Однако руководство университета того времени (сегодня некоторые из прежних руководителей ссылаются на давление со стороны ОК КПСС) решило, что ПМ-ПУ должен переехать в Петродворец. Коллектив нашего факультета, Ученый Совет, партийная и профсоюзная организации единодушно выступили против. Однако в ход были пущены все средства. Однажды я, придя на работу, обнаружил, что здание факультета на улице Смольного, д. 3 занято подразделениями милиции. Милиционеры не препятствовали явно передвижению студентов и профессоров, но в огромных количествах толпились в коридорах и на лестничных пролетах факультета. Мы держались до середины января 1979 года. В это время меня вызвал к себе один руководитель администрации ЛГУ (я не хочу называть его имени, тем более что в дальнейшем он изменил отношение к факультету и много нам помогал). Он предупредил: «Тов. Петросян, если вы не хотите иметь личных неприятностей, немедленно переведите факультет в Петродворец». Я позвонил Владимиру Ивановичу. Он сказал: «Личные неприятности - это очень серьезно; немедленно переезжай». Факультет переехал за 10 дней. Новый семестр начался в Петродворце точно в срок, никаких сбоев в учебном процессе не произошло. Однако при переезде по указанию ректората и парткома ЛГУ была уничтожена библиотека и демонтированы вычислительные машины наиболее эффективно работающего в то время факультетского вычислительного центра. Эти мероприятия оправдывались лозунгом: «Ликвидировать параллелизм и дублирование, сосредоточить силы на главных направлениях». Несмотря на искусственно созданные и создаваемые трудности, факультет продолжал развиваться. Владимир Иванович как председатель методической комиссии был инициатором открытия 12 новых кафедр по предметным различным областям, где использовались методы прикладной математики

В середине восьмидесятых годов руководить страной стал малообразованный, но имеющий о себе очень высокое мнение М. С. Горбачев. Владимир Иванович с самого начала был настроен к нему отрицательно, однако он всегда считал, что обязанностью гражданина является честное служение отечеству и тем, кто им руководит. Примерно в это же время Владимиром Ивановичем была предложена интересная математическая модель, в которой обосновывалось оптимальное соотношение отраслей животноводства. Показывалось, что процент свинины и курятины в общем объеме производства мяса должен быть значительно снижен. Вычисления показывали, что оптимальное соотношение отраслей имело место в животноводстве США, Германии и в России до 1917 года. Оказалось, что провозглашенный тогда лозунг «одна тонна зерна на жителя СССР в год» в основном возник из необходимости кормить зерном свиней и кур. Владимир Иванович изложил свои мысли в докладной записке, которую мы передали в отдел науки ОК КПСС и в ЦК. Реакция М. С. Горбачева была отрицательной. К сожалению, начиная с середины 80-х годов, руководите ли партии мало интересовались мнением ученых, особенно если это мнение не соответствовало сложившимся стереотипам. Безрассудная экономическая политика, начавшаяся с запретительных мер на продажу алкоголя, и нелепый лозунг «Собрать любой ценой 250 миллионов тонн зерновых» сделали свое дело.

Начались перебои с продуктами питания, которые в конце восьмидесятых годов грозили перерасти в голод. В это же время появилась глупая идея сокращения приема студентов на естественные факультеты. Мы с Владимиром Ивановичем не раз лично посещали руководителей ОК КПСС и ЦК КПСС, пытаясь объяснить губительность такой политики. Кое-чего удалось добиться, однако ограниченность партийных чиновников иногда побеждала. В это время состоялся Съезд КПСС, на котором из Устава КПСС был исключен пункт о руководящей роли КПСС в деятельности страны. В тот же день я поехал к Владимиру Ивановичу. Мы решили, что такое решение ставит нас, коммунистов ПМ-ПУ, в унизительное положение. Ведь наивно было предположить, что, вступая в КПСС, прикладные математики могли верить в бредовые идеи марксизма-ленинизма. Мы только потому и вступили в партию, чтобы активно участвовать в развитии страны и укреплять ее обороноспособность, а теперь КПСС превращалась в партию политиканов и болтунов. Мы решили рекомендовать коммунистам факультета ПМ-ПУ приостановить свое членство в партии и отказаться платить членские взносы. Это решение было принято при двух воздержавшихся на ближайшем партийном собрании ПМ-ПУ и передано в партком ЛГУ. Интересно, что Б. Н. Ельцин и А. А. Собчак вышли из КПСС годом позже. Для ректора С. П. Меркурьева это решение стало неприятной неожиданностью. Он и секретарь парткома ЛГУ пытались вновь организовать собрание коммунистов ПМ-ПУ и отменить решение, однако ничего не получилось.

В это же время начались события в Нагорно-Карабахской Автономной области. Владимир Иванович с первого дня был на стороне арцахцев. Однажды в 6 часов утра раздался телефонный звонок. Я взял трубку. Говорит Владимир Иванович: «Леон Аганесович, ты в безопасности? Если у тебя будут проблемы, связанные с событиями в Карабахе, два моих чудо-богатыря Иван и Андрей придут и будут охранять твой дом». Это была важная поддержка не только для меня, но и для армянского народа. В тот же вечер я позвонил в Ереван Виктору Амазасповичу и сообщил об этом разговоре.

В 1980,1985,1990,1995,2000 годах проходили выборы декана факультета. Перед выборами я спрашивал мнение Владимира Ивановича о своей работе и просил его рекомендовать кого-то из профессоров факультета на эту должность на следующий срок. Он предлагал мне оставаться. Каждый раз это свое решение он мотивировал по-новому. В 1990 году он объяснял это необходимостью поддержки моих соотечественников в трудное для них время.

В 1999 году факультет ПМ-ПУ праздновал свое 30-летие. За это время ПМ-ПУ превратился в один из сильнейших учебно-научных центров по прикладной математике и информатике не только в России, но и далеко за ее пределами. В честь этого события ректор СПбГУ академик Людмила Алексеевна Вербицкая устроила прием для профессоров факультета в своем кабинете. На приеме присутствовал Владимир Иванович. Я предоставил ему слово для выступления, как всегда это была яркая речь, затрагивающая фундаментальные проблемы современного естествознания.

Летом 2000 года на первый курс дневного отделения факультета ПМ-ПУ было принято 202 студента, еще 40 человек - на вечернее и 10 - на заочное отделения. Тем самым, несмотря на постоянную линию на сокращение приема на естественные факультеты, проводимую с 80-х годов, и возросшую моду на «гуманитарные» специальности, прием на ПМ-ПУ превзошел максимальный показатель (достигнутый в 1975 году) - 200 человек на дневную форму обучения. К сожалению, другим естественным факультетам не удалось восстановить прием в прежнем объеме. Я счастлив, что Владимир Иванович успел это увидеть и очень радовался этому событию. Он вообще придерживался точки зрения, которую и я пытался и пытаюсь довести до руководства: не надо ограничивать прием на первый курс, а отбор студентов производить после первого семестра. Никто на ПМ-ПУ никогда не боялся и не боится возможного увеличения объема работы, связанного с таким решением.

В течение всего времени нашей совместной работы я встречался с Владимиром Ивановичем у него дома не реже одного раза в месяц. Во время таких встреч мы обычно обсуждали многочисленные текущие вопросы и перспективы развития факультета. И какие бы трудности на нашем пути ни встречались (а их было, к сожалению, довольно много), я уходил полный решимости, что смогу эти трудности преодолеть. То же касалось и разговоров по телефону, обычно каждый такой разговор заканчивался на оптимистической ноте, и у собеседника оставалось хорошее настроение. Единственным исключением был наш последний телефонный разговор, состоявшийся в конце октября 2000 года. По-видимому, Владимиру Ивановичу было по-настоящему плохо, он жаловался на простуду и сказал, что лекарства не улучшают положения. Я не придал тогда должного значения его словам, но на следующее утро позвонил Андрей и сообщил о постигшем всех нас несчастье.

<--previous | next-->