Г. С. Осипенко, зав. лабораторией нелинейного анализа и

математического моделирования СПбГТУ

УЧЕНЫЙ СОВЕТ 1988 ГОДА

В 1974 г. я был студентом третьего курса математико-механического факультета ЛГУ и слушал курс теории устойчивости. В.А. Плисса, который, читая этот курс, предложил нам построить функции Ляпунова. Когда я принес свою «пробу пера», он сказал: «Все, что Вы нашли, правильно, но я вынужден Вас огорчить, функции Ляпунова такого сорта уже построил Владимир Иванович Зубов», и добавил: «Читать надо больше, молодой человек». Так я начал изучать работы В. И. Зубова.

Наиболее ярким воспоминанием, связанным с Владимиром Ивановичем, является подготовка к защите и защита моей докторской диссертации. К1987 году основные результаты диссертации были опубликованы и мой учитель, Алексей Федорович Андреев, рекомендовал провести защиту на ученом совете В. И. Зубова. К этому времени согласились оппонировать мою диссертацию К. Г. Валеев (Киевский институт гражданской авиации), В. А. Кондратьев (Московский государственный университет) и Л. Э. Рейзинь (Латвийский государственный университет). Владимир Иванович дал согласие послушать меня на своем семинаре. Это был первый шаг к защите.

Семинар проходил в феврале 1988 года в здании старого химического факультета на Среднем проспекте Васильевского острова. В то время оба математических факультета переехали в Петергоф. Я, как всегда, подготовил доклад на стандартные полтора часа, что было не сложно, так как я уже много раз докладывал свои результаты на семинарах различных университетов. Однако, уже в начале семинара, Владимир Иванович сообщил, что в моем распоряжении только один час, за который надо изложить основные результаты диссертации. Я начал свой доклад. Через 15 минут Владимир Иванович останавливает меня и говорит: «Можете ли Вы сформулировать один из основных результатов без какой - либо длительной подготовки и предварительных определений? У Вас есть хотя бы один такой результат?» Я почувствовал, как пот покатился по моей спине. Надо было действовать. И я сформулировал теорему о достаточных условиях неразрушимости инвариантного многообразия при возмущении системы. Дальше мой доклад превратился в перекрестный допрос. Посыпались вопросы, на которые надо было отвечать быстро и правильно. Через час все кончилось, вернее - истекло мое время. Еще 30 минут члены семинара обсуждали текущие дела и планы на будущее. Создалось впечатление, что обо мне забыли. Семинар закончился, а я не знал ничего о результате моего доклада. В раздевалке Владимир Иванович взял меня под руку и сказал: «Ты не обижайся, что мы тебя немного «побили». Нам же нужно было понять, с кем мы имеем дело».

Это, по существу, означало положительную оценку моего доклада. Диссертация была принята Советом, оппонентами были назначены К. Г. Валеев, Л. Э. Рейзинь и Н. Е. Кирин от ученого Совета. Ведущей организацией был назначен Московский государственный университет, отзыв на диссертацию писал М. М. Хапаев.

Наступил день защиты. Все собрались в 66 аудитории старого мат-меха на 10 линии Васильевского острова в 18 часов. Владимира Ивановича нет. Я очень волнуюсь, 18-10 - Владимира Ивановича нет. В18-15 - он приходит. Спрашивает: «Где Осипенко?» Я подхожу. «Ты почему, такой-сякой, вчера ко мне не пришел?» Начинаю оправдываться: не знал, что это надо делать. В.И. Зубов: «Защита не подготовлена. Что, будем импровизировать? Всякое может случиться, сам виноват». Начинаем защиту. После вступительного слова секретаря встает Владимир Иванович и сообщает, что он вынужден покинуть Совет, но диссертацию он оценивает положительно и просит Совет поддержать его. В. И. Зубов уезжает, а я остаюсь с «неподготовленной защитой». Было много вопросов, иногда не очень простых. Один из вопросов касался теории КАМ (Колмогоров-Арнольд-Мо-зер). Согласно этой теории нерезонансные инвариантные торы квазипериодических решений сохраняются при возмущении системы. При этом такие торы не обязаны быть нормально гиперболическими. Таким образом, один из основных результатов диссертации о сохранении инвариантных многообразий кажется более слабым, чем известные результаты. В этой ситуации мне помог мой друг Е. К. Ершов, напомнив, что в теории КАМ рассматриваются только гамильтоновы системы, в то время как в диссертации рассматривается общий случай. Защита закончилась успешно, и ВАК утвердил решение Совета без проблем.

<--previous | next-->