А.Ковшов, кафедра механики управляемого движения факультета ПМ-ПУ СПбГУ

ВЛАДИМИР ИВАНОВИЧ ЗУБОВ

Каждый, кто хотя бы раз переступал порог факультета прикладной математики-процессов управления Санкт-Петербургского государственного университета, не может не знать его имя.

Владимир Иванович Зубов создал этот факультет в ту пору, когда страна нуждалась в людях с глубокими математическими знаниями, которые были бы способны обеспечить создание новых технологий, использующих последние научные достижения. Экономическая и оборонная мощь Советского Союза зависела от того, как быстро эти технологии будут созданы, и насколько грамотно они будут применяться в различных отраслях народного хозяйства, в том числе при разработке новых видов оружия, в частности, космического. Вообще говоря, надобность в людях с глубокой теоретической подготовкой в основополагающих областях науки сохраняется и по сей день.

В тысяча девятьсот семьдесят шестом году я был зачислен на первый курс факультета, созданного Владимиром Ивановичем. В тот год факультету исполнилось пять лет, и первые выпускники уже покинули его стены. ПМ-ПУ я выбрал по совету родителей. Еще в школе мне нравилась математика. Два последних класса я учился в двести тридцать девятой физико-математической школе, где впервые познакомился с компьютером, отладил свою первую программу. Мне захотелось связать свою дальнейшую жизнь с математикой и программированием. Мой отец, работавший в академии имени Можайского, много слышал о новом факультете Ленинградского университета и о его создателе - Владимире Ивановиче Зубове. Мои отец и мать считали, что выпускники ПМ-ПУ имеют самые широкие возможности в своей профессиональной деятельности. И я не жалею, что послушал их совета, хотя жизнь повернулась совсем не так, как можно было тогда предположить.

Оказавшись в числе первокурсников, я понял, что преподаватели факультета глубоко уважают и ценят Владимира Ивановича, и ни один серьезный вопрос не решается без его совета. Факультет был его детищем, и он заботился о нем, как внимательный отец заботится о любимом сыне. Все признавали его право принимать окончательные решения. Если говорилось: «Зубов решил сделать так» - вопрос больше не обсуждался, обсуж дали лишь то, как лучше выполнить решение руководителя.

Для нас, студентов, Владимир Иванович стал легендарной личностью. Это ощущение усиливало еще и то обстоятельство, что долгое время мы не моги его увидеть, поскольку в то время он не вел занятий на факультете. Надо ли объяснять, с какими чувствами шел я на первую лекцию, которую он читал для студентов. Мы собрались в самом большом лекционном зале. И вот к нам вышел человек, по-русски крепко сложенный, в черном костюме и белой рубашке без галстука. Это был профессор Зубов. Наверное, он был не один, ведь Владимир Иванович был лишен зрения, и его всегда кто-нибудь сопровождал, но в тот раз все мое внимание сосредоточилось на Владимире Ивановиче, и я совсем не обратил внимания на того, кто вышел вместе с ним и кто потом на протяжении лекции выписывал на доске сложные формулы, которые легко, как по писаному, произносил незрячий лектор.

Владимир Иванович остановился и словно оглядел сидящих в зале. Казалось, что он видит каждого, и от этого стало немного не по себе. В аудитории сразу установилась тишина. Лекция началась. Я старался не упустить ни одного слова, однако уже через десять минут запутался в длинных формулах и лишь приблизительно мог понимать, о чем рассказывал профессор. Меня поразило то, как свободно он делал сложные выкладки, не видя написанного на доске. «Какая мощная у него должна быть память», - думал я. - «Ведь он не просто помнит все эти формулы, он получил их в результате кропотливой работы, проделывая в уме сложные математические преобразования».

Потом я не раз бывал на лекциях Владимира Ивановича, но впечатление от той, первой, осталось самое сильное.

Владимир Иванович был не только большим ученым, но и талантливым руководителем. В этом я не раз убеждался потом, уже будучи сотрудником факультета прикладной математики - процессов управления. Двери его дома были открыты всем: и профессору, и студенту. Каждый знал, что в трудную минуту всегда можно обратиться к Зубову за советом, и он обязательно поможет. Однако Владимир Иванович бывал суров с теми, кто, по его мнению, нерадиво относился к своим служебным обязанностям. Не щадил он и тех, кто пытался использовать свое положение на факультете в личных целях.

Смелость, необычность и широта научного мышления Владимира Ивановича была удивительной. Каждый год весной на ПМ-ПУ проводилась неделя факультета и одним из главных событий каждой такой недели непременно была лекция профессора Зубова, на которой он делился своими мыслями о путях развития той или иной ветви математики. В основном, конечно, это касалось теории управления, области, в которой Владимир Иванович достиг значительных успехов, и которая, благодаря ему, стала самостоятельным разделом прикладной математики. Как-то на одной из таких лекций он высказал предположение о возможной зависимости гравитационной постоянной от пространственных координат. Мысль о возможности такого явления показалась мне совершенно невозможной, однако Владимир Иванович показал, что такое допущение удивительно красиво объясняет устойчивость астероидного пояса и существование черных дыр, и тогда гипотеза Зубова представилась уже в ином свете, по крайней мере, она не виделась уже совсем фантастичной. В свое время теория Лобачевского тоже казалась лишь умозрительной и отвлеченной, и только много лет спустя была обнаружена и измерена кривизна нашего пространства.

Мне не довелось часто общаться с Владимиром Ивановичем. Лишь однажды я беседовал с ним на кухне его большой квартиры, расположенной в старом петербургском доме на углу двух тихих улиц, всего в нескольких десятках шагов от Невского проспекта. Случилось это всего за несколько месяцев до его ухода из жизни. В тот день меня попросила приехать Александра Федоровна, жена Владимира Ивановича, чтобы я поставил на компьютер новую издательскую программу, полученную мною в редакции университетского вестника. Меня пригласили пообедать. Я отправился на кухню вымыть руки, где застал Владимира Ивановича за мытьем посуды. Его присутствие немного смутило меня, но Владимир Иванович приветливо поздоровался, и неловкость исчезла. Мы поговорили не более пяти минут о положении в стране, при этом Владимир Иванович продолжал ловко ставить на полку одну за другой чистые тарелки. Из разговора с ним я понял, что он глубоко переживает крушение великой державы, каким являлся Советский Союз. На благо этой страны Владимир Иванович трудился всю жизнь и очень много сделал для ее славы. Потом мы отправились в столовую, где за большим столом, бывало, собиралась вся многочисленная семья Зубовых. В тот раз большинство Зубовых отсутствовали, поскольку день был рабочим. Я отведал вкусных блинов, которые Владимир Иванович готовил сам. К сожалению, это был последний раз, когда я его видел.

Факультет прикладной математики - процессов управления Санкт-Петербургского государственного университета остался памятником Владимиру Ивановичу Зубову. Он оказал влияние на судьбы тысяч людей, кто работал или учился на созданном им факультете. И их число будет расти год от года с каждым новым выпуском.

<--previous | next-->